Виктория Васильева: «Мы учим студентов понимать чужую боль»

3 декабря во всём мире отмечается Международный день инвалидов и в преддверии этой даты мы решили поговорить с деканом факультета инклюзивного и коррекционного образования ЮУрГГПУ Викторией Васильевой.

Виктория Сергеевна – человек уникальной энергетики. Рядом с ней начинаешь улыбаться, она умеет вдохновлять на сложные и интересные дела не только коллег-единомышленников, но и студентов. Разговор получился о многом – о том, какая помощь нужна родителям особенных детей, почему в России так востребованы педагоги-дефектологи, кто идёт учиться на эту профессию и о многом другом.

– Виктория Сергеевна, ваш факультет готовит педагогов коррекционного и инклюзивного образования, специалистов в области социальной защиты семьи и детства, но ведь рынок скоро насытится. Не получится ли так, как вышло в 90-е с юристами: ребята выучатся, но не смогут найти работу?

– 25 ноября прошло большое совещание в департаменте государственной политики Министерства просвещения в сфере защиты прав детей, где Лариса Фальковская отметила, что России сейчас требуется более 38 тысяч дефектологов. Конечно, некорректно сравнивать Москву и Питер с Челябинском и даже с тем же Екатеринбургом, и уж тем более с Миассом или, например, с Учалами. Рынок дефектологов в больших городах насыщеннее, чем в малых. И если говорить про наш факультет, а он работает с 2003 года, то до момента его открытия была громадная нехватка кадров по сопровождению детей с ОВЗ (ограниченными возможностями здоровья). Но сейчас благодаря тому, что мы уже почти 16 лет в системе, рынок Челябинска относительно наполнен.

Но здесь проблема вот ещё в чём. Несмотря на то, что у нас учатся студенты не только из нашего города, но и из области и даже из соседних регионов, особенно из маленьких городов, возвращаться к себе на малую родину они не хотят. Все хотят остаться в Челябинске. Поэтому можно говорить, что на местах очень сильный дефицит кадров, а в Челябинске картина вполне себе обнадёживающая.

С другой стороны, примерно 90% наших выпускников трудоустраиваются именно по специальности – в госучреждения, в медучреждения, учреждения социальной защиты, многие занимаются частной практикой. Потому что востребованность таких специалистов очень большая и пока не снижается.

– Почему не снижается?

– Потому что увеличивается количество детей с ограниченными возможностями здоровья. И причиной тому – научно-технический прогресс. Современная медицина позволяет выхаживать детей, родившихся на 22-ой неделе и имеющих массу тела около 500 граммов. В связи с тем что такие дети не проходят все этапы внутриутробного развития, у многих из них в дальнейшем проявляются психофизические и речевые особенности. Пусть это и не такая серьёзная патология, как тяжёлые нарушения слуха, зрения, глубокая умственная отсталость. Увеличивается количество детей с задержкой психического развития, с расстройствами аутистического спектра, с сочетанными патологиями. Например, у одного ребёнка могут одновременно диагностироваться речевые нарушения, задержка психического развития, поведенческие нарушения разной степени выраженности.

Поэтому моё мнение: дефектологи будут востребованы всегда. Об этом мы говорили ещё 17 лет назад, когда открывали наш факультет. При этом современная обстановка – и выхаживание младенцев на ранних сроках рождения, и неблагоприятная экологическая обстановка, и другие факторы – говорят о том, что мы будем наблюдать постоянное увеличение количества детей с ОВЗ. Причём с самыми разнообразными сочетаниями нарушений психофизического развития.

– Даже если число таких деток возрастет, всё равно количество педагогов для коррекционных классов и центров останется примерно одинаковым.

– Мы готовим специалистов не только для системы образования, но и для системы здравоохранения и соцзащиты. Многие наши выпускники, магистранты, которые учились по программам «Психолого-педагогическое сопровождения лиц с нарушениями речи», «Психолого-педагогическое сопровождения лиц с ограниченными возможностями здоровья», работают в неврологических отделениях учреждений здравоохранения, где проводят коррекционную работу со взрослыми людьми, перенесшими острое нарушение мозгового кровообращения. Очень частая патология при таком заболевании – афазия, то есть распад речи. И людям, перенесшим инсульт, иногда требуется заново учиться говорить.

Очень много выпускников работает в медицинских центрах, так как родителям, воспитывающим детей с ОВЗ, необходима комплексная помощь. Сейчас только создаётся система комплексного сопровождения, при которой особенный ребёнок и его родители могут получить услуги и педагогического сопровождения, и психологического, медицинского, физиотерапевтического и так далее. Сейчас появляются центры, где пусть и на коммерческой основе ребёнок с ОВЗ и его семья могут получить такое комплексное сопровождение.

Кроме того, наших выпускников много и в системе социальной защиты Челябинска и Челябинской области. У нас выстроены хорошие взаимоотношения не только с комитетом по делам образования г. Челябинска, а также с комитетом социальной политики г. Челябинска и с министерством социальных отношений Челябинской области. Наши выпускники востребованы в социально-реабилитационных центрах, комплексных центрах, в учреждениях и организациях, где оказывается помощь не только детям с ОВЗ, но и их родителям. Наши выпускники работают там дефектологами, логопедами, психологами, специалистами в сфере социальной защиты семьи и детей.

– Кто идёт учиться на ваш факультет?

– Очень много студентов, которые продолжают педагогические династии. Такие молодые люди знают, что такое работать в школе, в дошкольных учреждениях, они улавливают современные запросы системы образования, и им интересно попробовать себя в новом направлении.

Ещё одна большая группа – подростки с сильной эмпатией. Потому что учёба на нашем факультете постоянно связана с волонтёрской деятельностью, с удовлетворением потребности отдавать душевное тепло, сопереживать. Студенты при этом получают не только эмоциональный опыт, но и учатся адаптации, социализации, презентации и продвижению себя в современном мире. У нас за год проходит порядка 150 волонтёрских акций разных уровней – и городского, и областного и даже всероссийского, – и студенты получают возможность бесценного социального взаимодействия с миром.

На заочном отделении, и это для нас очень ценно, учатся мамы особенных детей. Они понимают, что не всегда можно найти специалиста, который может им помочь. И дело в том, что специалистов катастрофически не хватает, особенно в маленьких городах, куда не очень стремятся возвращаться выпускники. Кроме того, есть большая категория детей с расстройствами аутистического спектра, которым важно, чтобы был один сопровождающий педагог. Такие дети очень трудно идут на контакт, и поэтому если они уже приняли в свой круг взрослого человека, педагога, доверились ему, то не всегда получается в дальнейшем принять нового педагога. А мамам важно понять своего ребёнка, найти к нему подход и стать тем педагогом, который будет бережно и профессионально сопровождать ребёнка в этом мире.

В свете современных тенденций образования, разработки научно-методических основ инклюзивного образования к нам идут учиться педагоги общеобразовательных школ и дошкольных учреждений. В классах, в группах появляются дети с ОВЗ, и с ними надо уметь выстраивать отношения. Такое побуждение можно расценивать как профессиональный рост. Ведь нас долго учили, что карьеру надо выстраивать в вертикальном плане, стремиться достичь максимально высокой точки – например, стать министром образования. Но всем министрами не стать, а современные реалии диктуют иное карьерное развитие – по горизонтали. Когда один специалист овладевает различными профессиональными навыками и тем самым расширяет свои возможности и компетенции. Он не только учитель начальных классов, он при этом знает, как работать с детьми с поведенческими, интеллектуальными нарушениями или с речевой патологией, может принять и понять любого ребёнка.

Очень много юристов и экономистов, которые приходят на заочное отделение, чтобы пройти обучение по программам профессиональной переподготовки, получить диплом магистра, получить новую профессию. Либо потому, что выбор первой был неудачным, либо потому, что видят перспективу в этом направлении.

Правда, мы стали сталкиваться с неприятной ситуацией. Прошёл слух, что работа дефектологом или логопедом – это лёгкий способ заработать большие деньги. Потому что рабочий день – 4 часа, есть определённые доплаты, большой спрос на специалистов в частном порядке. И поэтому к нам приходятся учиться в том числе и такие студенты, которые хотят без особого старания заработать хорошие деньги. Не все понимают, как сложно у нас учиться, как это энергозатратно – быть сопровождающим особенного ребёнка, какая это ответственность.

– А почему у вас сложно учиться?

– Потому что у нас огромный комплекс не только педагогических дисциплин, но и психологических, медицинских: невропатология, патопсихология, клиническая психология, психопатология, анатомия и патология органов слуха, зрения и речи, генетика. Невозможно работать с детьми в плане педагогического или психологического сопровождения, не понимая, какие процессы привели к такой патологии развития и как их можно и можно ли скорректировать. Некоторые не выдерживают, и хорошо, что не выдерживают: естественный отбор никто не отменял. Но есть и те, кто продолжает учиться, до конца не понимая, какую ответственность берёт на себя педагог коррекционного образования.

– Современные технологии помогают в коррекционном обучении или вредят?

– Любая технология может быть использована как во благо, так и во вред. С одной стороны, компьютерные лупы, брайлевская клавиатура, звуковое сопровождение набора – это всё в помощь, например, для людей с нарушениями зрения. Те же самые технологии дистанционного обучения помогают получать образование и работать людям с тяжёлыми формами ДЦП. С другой стороны, я не понимаю, как можно дистанционно обучать ребёнка с аутизмом или с синдромом Дауна.

Всё равно люди – социальные существа, и суть нашей природы – взаимодействие. И ребёнок должен расти в обществе, в общении, в возможности реализовать себя в разных видах деятельности. Дать полноценную замену никакой компьютер не сможет, потому что дети развиваются только благодаря общению.

– Учителя жалуются, что взаимодействие с родителями делает работу педагога невыносимой. Вы учите своих студентов общаться с родителями особенных детей?

– Конечно! Это первое, что нужно сделать, когда дефектолог начинает работать с ребёнком – поговорить с родителями, понять их боль, поддержать, наладить с ними эмоциональный контакт. Ни в коем случае нельзя с такими родителями говорить с позиции «вы должны». Гуманность, эмпатия проявляются именно в тот момент, когда педагог-дефектолог выстраивает отношение с семьёй ребёнка, потому что эти люди (как правило, мама) находятся под постоянным психологическим и даже социальным давлением.

Мы не всегда понимаем, насколько сложно женщинам, у которых родился малыш, например, с ДЦП. Он ведь не всегда может должным образом освоить те навыки, которые осваивают дети с нормативным развитием – например, есть ложкой или самостоятельно надеть штанишки. Поэтому важно готовить специалистов для работы с родителями, чтобы научить их сопровождать своего ребёнка, правильно ему помогать. Например, как правильно провести слепого ребёнка по улице, чтобы он запомнил маршрут, как разложить столовые приборы, чтобы ему было удобно есть. Как научить ребёнка с ДЦП стоять, сидеть, пользоваться туалетом. Как взаимодействовать с ребёнком, у которого диагностирован аутизм.

Мы со студентами на занятиях отрабатываем эти коммуникации, и преподаватели нашего факультета учат их слышать других людей и поддерживать, говорить правильные слова, чтобы воодушевить и показать безграничные возможности.

– Что позволяет достигать таких высоких результатов?

– У нас на факультете работает шикарная команда. Я начинала свою профессиональную деятельность в вузе в 1999 году на факультете УНК. Совместно с Лилией Александровной Дружининой мы работали на кафедре педагогики, психологии и предметных методик. В 2001 году нами при поддержке ректората была открыта кафедра специальной педагогики, психологии и предметных методик. Всё возрастающая потребность в подготовке кадров для региона поставила перед нами новые задачи – и в 2003 году мы открыли факультет коррекционной педагогики.

С 2017 благодаря объединению с факультетом социального образования был создан новый факультет – факультет инклюзивного и коррекционного образования. И теперь это коллектив, это действительно команда единомышленников, которые имеют огромный практический опыт, большой научный потенциал и продолжают его наращивать. И это сочетание науки и практики позволяет нам достигать больших результатов в обучении студентов. У нас выстроены партнёрские взаимоотношения со многими учреждениями образования, здравоохранения и социальной защиты. И мы знаем всю систему коррекционного (инклюзивного) образования и социальной защиты Челябинской области, и она знает нас, наших выпускников.

Приятно, что наши студенты приходят потом к нам работать. Например, Ксения Сергеевна Акулич, которая сейчас является заместителем декана по воспитательной работе, – наша выпускница. Вся волонтёрская деятельность, студенческие проекты, участие в конкурсах, горящие глаза студентов – это её заслуга.

– Что вдохновляет лично вас?

– У меня в жизни был ряд трудностей, которые удалось преодолеть, и поэтому сейчас одно из основных моих желаний – быть счастливой самой и делать счастливыми максимальное количество тех, кто меня окружает. Меня очень вдохновляет мысль, что у меня получается зажигать у студентов огонёк желания расти. Я вижу, как моя энергетика заряжает людей, и это меня вдохновляет.

Я сама была ребёнком с нарушениями речи и на себе испытала, каково это, когда тебя переводят в коррекционную группу детского сада. И я прошла путь от ребёнка с тяжёлыми нарушениями речи до декана факультета инклюзивного и коррекционного образования. Да, мои родители в своё время сделали всё возможное, чтобы помочь мне. Я и с логопедом работала. Она не только поставила мне произношение всех звуков, но и благодаря именно ей логопедия и дефектология стали делом моей жизни, как сейчас говорят, моим предназначением. Я защитила кандидатскую диссертацию, стала преподавателем вуза и теперь руковожу факультетом. У меня получилось пройти этот путь, и меня это вдохновляет.

– Как реагируете на неудачи?

– Неудачи – это же возможности роста. Любую ошибку можно исправить. Я для себя давно определила позицию: если есть какой-то конфликт или напряжённая ситуация, значит, или это я пока не научилась выстраивать отношения с детьми, со взрослыми людьми так, чтобы конфликты не возникали, или у моего собеседника есть определённые особенности, трудности, не позволяющие выстроить адекватное взаимодействие. И тогда я иду учиться, иду получать новую информацию, новые знания, чтобы расти – на профессиональном и на личностном уровне.

– С кем интереснее работать – с детьми или со студентами?

– Я считаю, что невозможно учить студентов работе с детьми, если ты сам с детьми не работаешь. Когда я читаю лекцию, мне нужно опереться на конкретный случай из практики, привести реальный пример, поделиться опытом. А когда я провожу семинарские занятия, вижу, как студенты готовятся, выполняют задания, что они предлагают, какие приёмы разрабатывают, апробируют, я начинаю практиковать это в работе с детьми. Это взаимопроникающие процессы.

– Как думаете, в каком направлении дальше будет развиваться педагогическая наука?

– Мне кажется, что уже наступило то время, когда молодых людей просто необходимо обучать быть родителями. Это важное и очень ответственное решение, поэтому необходимо подросткам, юношам и девушкам рассказывать о том, как правильно выбирать партнёра, как ответственно относиться к зачатию и к беременности, рождению и воспитанию детей. Меняется время. Многое меняется, и к этому важно быть готовыми. Наша задача как педагогов поделиться со студентами своим опытом и знаниями, которые часто выходят далеко за рамки учебных дисциплин.

Беседовала Надежда Сухова